:

Iakov Podolny : Яков Подольный

In ДВОЕТОЧИЕ: 36, ДВОЕТОЧИЕ: 37 on 08.06.2021 at 23:40
1// 


Возьму перфоратор 


Буду

реформатор 

 
                              буду быть 
                             

       буду 


    ОБНОВИТЬ 

Что бы  
        
            новое


Потому что такое 
уже 

А такого 
 не

Иначе  можно бы было 

До сих пор

СТАРИННЫЕ ФОРМЫ ПАФОСА

Но теперь  это все

              корова 
              как языком 
              слизала 



2// 

МАТЬ ПОРЕТ
МАТЬ КРИЧИТ 
МАТЬ КРИЧИТ
НО НЕ ПОРЕТ 
МАТЬ НЕ ПОРЕТ
МАТЬ ПОРЕТ 
МАТЬ БЬЕТ ДОЧЬ 
ДОЧЬ БЬЕТ МАТЬ  
НОЧЬ 
НОЧЬ 
НАСТУПАЕТ НОЧЬ
МАТЬ БЬЕТ ДОЧЬ 
ДОЧЬ БЬЕТ МАТЬ 
ЗА ТО ЧТО ОНА
НЕ УМЕЕТ СПАТЬ 
НЕ УМЕЕТ СПОРИТЬ
ЗА ТО ЧТО ХИКИКОМОРИ 
ЗА ТО ЧТО ХИКИКОМОРИ 
ЗА ТО ЧТО ТИХИЕ ЗОРИ 
ЗА ТО ЧТО ВИДЕЛА МНОГО ГОРЯ



3//


      ОНА НЕ ХОЧЕТ 
        ОНА ХОЧЕТ 
               ОНА ХОЧЕТ 
                     ОНА НЕ ХОЧЕТ 

ОН ХОЧЕТ 
ОН ТОЖЕ ХОЧЕТ 
ОН ЖЕЛАЕТ ЗВЕЗДЕ СПОКОЙНОЙ НОЧИ 
СПОКОЙНОЙ НОЧИ 

       ЗА ДЕНЬ МЫ УСТАЛИ ОЧЕНЬ     
       ОЧЕНЬ 
       УСТАЛИ ОЧЕНЬ 

ОЧЕНЬ УСТАЛИ ОЧЕНЬ 
СПОКОЙНОЙ НОЧИ 
         СПОКОЙНОЙ НОЧИ 



4/ 

На три двора на две страны 

на все ЧЕТЫРЕ СТОРОНЫ 

Слюны не хватит РАСПЛЕВАТЬСЯ 

СОРВАЛО НАКОНЕЦ ЗАПОР 

ОТКРЫТ У КАМЕРЫ ЗАТВОР 

И ГЛАЗУ БЕДНОМУ не проморгаться 

И даль и больше ничего 

И почему-то танки



5//

человек    стоит у               колодца 
                                
                              если 

кто-нибудь                          помнит
                       
                     Что такое 
                                                 колодец

         сдает багаж 


человек стоит

        уперев 

               руки в боки 

                       и 
                            смотрит в море 

    человек                              бок 
                  
                        человеку

человек 

              читает 
                            другого 

                           тоже 

        когда-то                человека 
               
                      который 

                          был 

                             и  
 ему                                            им 

завидует                 восхищается

                  что он был 

Человек 

                         пересчитывает копейки 

Идет перед сном в коридор 


     проверить

          двери 


                 говорит 
                                    с  человеком 

     
                      все время ищет 
                                                      как быть 
человеком 

                        и не быть 
человеком 
                        и быть                              с
 человеком 

                         и не быть                            с
 
человеком 

       И освободиться 
                      
                                   и быть как птица 

    и быть глупее
                                          и быть как дети 
                                         
                                         и быть как птица 

   
                        ищет 
                                                          сквозное 
      
       Простое 
                 такое 
                       которое   
                               было бы 



Не больше, но и не меньше –

Кусочек яблочка за щекой 

Победительной Афродиты. 



6//      
     
      ЕСТЬ ВЕЩИ 

         

                  ЕЩЕ ЕСТЬ РАЗНЫЕ ВЕЩИ 

         ПОКА ЧТО ЕЩЕ ЕСТЬ ВЕЩИ 

                      ДОРОГИЕ ВЕЩИ 
                                                  
       ЕЩЕ ЕСТЬ КОЕ-КАКИЕ ВЕЩИ
 
                                 КОЕ КАКИЕ ТАКИЕ ВЕЩИ 

ХОТЯ БЫ ЕЩЕ ЕСТЬ ВЕЩИ 
  
                          КОЕ-КАКИЕ ЛЮБИМЫЕ ВЕЩИ 

                              ЕСТЬ ЕЩЕ МИЛЫЕ ВЕЩИ 

поздравлять

                                                    пока
                НЕ С ЧЕМ

                       ЕЩЕ НЕ С ЧЕМ 

                                 УЖЕ НЕ С ЧЕМ 


чокнемся?

Я БЫ  ДА                                                                        НО НЕЧЕМ 

ушел 

НЕ ЗАМЕЧЕН 

    НИКЕМ НЕ ЗАМЕЧЕН 
                    
                        
  

              ПЕЧАЛЬЮ

                         ПЕЧАТЬЮ 

                                   

                                             КЛЕЙМОМ 

отмечен 
***
Los días pasan volando, como las aves más lentas, adormecidas por el vuelo, planeando 
Por sobre Jerusalén letárgica, somnolienta, pávida y tímida, 
Quitándose el alboroto de calles y transeúntes como la novia temerosa 
Se quita el vestido y el resto 
Para darle lo prometido al prometido, 
Aterrada y humilde frente a la gravedad del procedimiento.
 
Y qué importa que la imagen provenga de una serie que acabé anoche.


Así van reciclándose los torrentes crecidos a desmedida, 
Las aguas turbias que se desembocan en mis ojos
Entran por brazos de izquierda y de derecha 
Y luego salen filtrados por los diez arroyos de mis dedos en el teclado 
Silenciosamente y sin pronunciarse nunca.


Jerusalén qué ha visto a sus profetas 
Deambulando y augurando calamidades 
Y no supo oirlos.


Inundada por la primavera 
A que nadie ni siquiera le hace caso 
Se ve perturbada 
Por la pregunta
¿Y cómo, por dios, vamos a celebrar la Pascua
Sin poder visitarnos uno a otro 
Y sin poder salirnos de casa
Y sin poder reunirnos por medio de esos nuevos y digitales medios, 
Porque prácticamente la Pascua, como todas las fiestas grandes, 
Es también Shabat, y por lo tanto, está prohibida 
Toda cosa eléctrica,
Tampoco se puede invitar a un shabes-goy o una shabes-shiksa 
Porque eso ya no se hace 
Y encima, nadie conoce a los no-judíos?


Mientras tanto la peste sigue 
Apoderandose de países y continentes,
Hundiendo los días de la semana en olvido, cobrando vidas.
Todos los días ya son de fiesta 
Sin celebraciones y con resaca.


No me importa que sea manido el tema,
Por que eso es lo que estoy viviendo 
Ya casi tres semanas 
Sin tener ni idea de cuando 
Se acaba eso

***
Fantasies are engaging
Dreams are convincing
Striking through is pleasant
Expanding is risky
I’d like to harness
The shabbiness of this Life
It’s slouching and beer belly
It’s drooping thickness
Humanity is cellulite
On the planet’s tight little ass
Acne rash on the face of the waters
And the hair was curling
The muscle was pulling
Sleepy and putting on weight
And the glands were shaking and quivering
Cavities filling in and emptying out
Going up and down
Inflating and deflating
Drying up and soaking
Cracking up pink and open
Soaring numbing fattening
Thinning and showing stain
Straining and slackening
Swelling and going limp
Breediing and multiplying
Getting more complicated and simpling up
According to principle
Of either economy or redundancy
Objects of material culture
All sorts of appliances
Obsolescing into an enigma
The everydayness wearing out on the edges
Illusions also becoming obsolete
Consumed by fungus
What if they’ll take to the future
Every third word
Or what if it all cancels itself out
Solve itself like a fraction
Straps broken by tension
The hands of the ballerinas and gymnasts’ ribbons
Put down to stillness
What if all flags fade out
What if life crawls back into the ocean
And only the Chinese don’t loose it
And grow some gills
And have hydrodogs
And colonise the Bottom
Narrow slits from the video
Of a peeing prostitute
Monochrome trickle of pee
Streaming between glitter stiletto heels
Onto the drain grid
Two fingers with nails
Pulling aside the strings panties
Hell is for those
Who are too eager
To engage in small talk
Can’t stop thinking
Of flaying
If only not for the pain and screaming
Wouldn’t it be like unzipping
A hundred invisible zippers
Rolling up those socks and stockings and gloves
Opening up the red the fresh
Needles and blades and glasses and nimbs
Isn’t it all amusing
Little stars flying around
And arrows slapping the skin
Like moths against the street lamp
Swinging in the wind
Between the tramway and trolleybus cables
People moving to and fro
With their walks
Going to pee
Scratching themselves where its’ itching
Fixing where its’ uncomfortable
Can’t quite pick up the value
Of given circumstances
Quite start seeing it all
In a rather unhuman light
Like a working algorithm
Of assessment, count and exchange
I see ideas as viruses
And quite no longer believe
In the wholeness of big ensembles
So many beautiful poses
And so many elegant gestures
All the external world outside
Fair of all vanities
Life like one big description
In search of the object’s shadow
Anticipation of feast and hangover
And the dullest triumph of ethics
It kind of turns out there’s no other way
To establish the value of the phenomena
Except through looking at ways
They affect one another
And who hurts whom and how
Isn’t that quite unfortunate
So much for the triumph of beauty
Over the righteous and useful
Suspenseful music playing
Tacky music playing
Today I saw
Excessively shaved legs
Undershaved legs
Walks and tears
So intricate is the rustle of paper covers
Over the clear functions
Like the exit sign that is always on
Flashing the hole
In the fourth wall of the screening room
Somewhere there’s a tea-ring on the newspaper
Somewhere there are cool statues inside the niches
And somewhere there’s a broken heap
Can’t quite get a footboard to broadcast from
A footboard of clear subject
Somewhere bees are flying
Like cute lab assistants 
In their striped scrubs
Collecting the flower dust
Somewhere the glasses are all breaking
Somewhere fabrics
Are getting thinner from years of being worn
Everything happens according to proper order
I wish I could rub against the limits of norm
Being both outside and inside
No one has ever broken
The laws of psyche
Culture is basically a tractor
Life is basically a kolkhoz
And the morals are rotten
The homeland is morally rather sick
And the Imagined is like a fountain
Spurting spit
Between the spurts
There’s some sort of truth
With scraps of some rainbow spray
And it’s all some kind of a sort of a mumbo-jumbo
Humming and chime
And the truth of suffering and of love


***
In the morning birch-tree leaves
Are hissing so gently - 
As the fan at night in my lover's bedroom,
As  a gift's long-hoped-for wrappings. 
Words seep through  - 
An unwritten original being translated.
Take away the pulsation,
And what you'll have left
Is a tender current. an agitation of veils. 
The relationship between Base and Superstructure 
Becomes less urgent and pressing,
When sweet crystal sphere of phloxes' fragrance 
Sways to and fro,
And when  all sorts of plant-skins and hay 
Flake from above – nothing but pure excess.
The need for and the impossibility of a moral choice 
Recedes, 
When an apple lands with a sound so flat and so silly. 
Our knowledge is limited.
Our senses  unreliable. 
Human life is so short and fleeting. 
But not in this long,  not in this solid,  this weighty
Almost motionless afternoon hour
Spent sipping sweet coffee on an open terrace.
One classics scholar noted, and quite to the point, 
That summer is time of ecstatic oblivion.
According to Old Russian Calendar 
The day
After tomorrow
(and here's a peculiar gap – one of delay, of a foretaste,
of anticipation)
Is the Savior of the Apples Day, 
The Feast of Transfiguration.
When everything that ripens will be ripe.
When everything mellowing will be mellow.
When every becoming thing will become.
When suddenly everything will acquire the utmost clarity of Form. 
Just as Christ did on Mount Tabor 
When his face shone as the sun 
And his garments became
White as the light. 
And then, from this impossible yet unmistakable point 
All things will set out and proceed towards consummation, 
Towards full maturity in death, 
And towards resurrection.
What kind of resurrection will that be? 
A personal, individual, one?
Or just reproduction within one's species? 
That is a matter of opinion and conviction.
Something to take a stance on 
According to one's beliefs.
ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ «ДВОЕТОЧИЯ»:
  1. На каких языках вы пишете?

Я пишу в основном на русском, но иногда пишу на иврите, реже на испанском. Есть опыты перевода собственных текстов на английский.

  1. Является ли один из них выученным или вы владеете и тем, и другим с детства?

Все языки, которыми я владею, кроме родного русского – выученные в школе, университете, на курсах.

  1. Когда и при каких обстоятельствах вы начали писать на каждом из них?

На русском языке пишу с детства, с тех пор, как лет в восемь понял, что мне обязательно нужно быть поэтом или писателем. На иврите начал писать после приезда в Израиль, когда еще язык был выученным только наполовину, непривычным, не автоматизированным, все слова еще очень отчетливо и очень загадочно звучали. На испанском пробовал писать, но с ним почему-то чувственно-телесная связь самая слабая. Планирую попробовать писать на каталанском, он для меня как испанский, только интереснее, его звучание во мне живее отзывается.

  1. Что побудило вас писать на втором (третьем, четвертом…) языке?

Желание писать на иврите возникло от понимания, что как раз еще не устоявшиеся языковые навыки, вынужденная наивность языкового восприятия и масса разных чувств после переезда, это такая особая (и временная) ситуация, которая способствует письму, обязывает к минимализму и тем самым убирает много лишнего, очищает письмо.

  1. Как происходит выбор языка в каждом конкретном случае?

Чаще всего я все же пишу по-русски, но выбор, если себе его представить, не совсем даже выбор: на каком языке попалась эта словесная соринка, обломок, от которого дальше пишется, на том языке и будет стихотворение.

  1. Отличается ли процесс письма на разных языках? Чувствуете ли вы себя другим человеком\поэтом, при переходе с языка на язык?

Отличается и процесс, и личность пишущего при письме на разных языках. То же самое происходит и при обычной повседневной речи – у каждого языка свое чувство юмора, свои маски, свои ужимки. Даже не зная язык очень хорошо, но чувствуя его, попадаешь под его влияние, причем охотно этому влиянию отдаешься сам.

  1. Случается ли вам испытывать нехватку какого-то слова\понятия, существующего в том языке, на котором вы в данный момент не пишете?

Нет, я скорее чувствую не нехватку слов, а нехватку каких-то движений, которые один язык умеет совершать, а другой нет. Компактность и плотность иврита, распространенность и развернутость русского, то же самое касается и определенных оттенков эмоциональной палитры самого языка. Слова легко могут переноситься из языка в язык, слово можно перевести или заимствовать, а вот эти движения, пластический репертуар одного языка в другой, переносится с очень большим трудом и всегда окольными путями.

  1. Меняется ли ваше отношение к какому-то явлению\понятию\предмету в зависимости от языка на котором вы о нем думаете\пишете?

Затрудняюсь ответить. Пожалуй, следует поставить над собой такой эксперимент – выбрать предмет и написать о нем на нескольких языках и сравнить.

  1. Переводите ли вы сами себя с языка на язык? Если нет, то почему?

Да, я довольно много своих текстов перевел на английский, некоторые письменно, некоторые вслух с листа, чтобы поделиться ими с любимым человеком, который по-русски не говорит. Желания переводить себя на иврит у меня пока нет, скорее есть желание на нем писать, и попытаться удержать (или уже скорее вспомнить) эту вынужденную наивность, близость языка к телу, которую на русском я переживаю совсем иначе, потому что язык и привычен, и объезжен, и отчасти послушен, и с этим приходится либо бороться, либо изобретать другие стратегии.

  1. Совмещаете ли вы разные языки в одном тексте?

Пока что я почему-то опасаюсь совмещать разные языки в одном тексте. Наверное, в первую очередь потому, что думаю о потенциальном читателе и читательнице: владеет ли он или она этим вторым или третьим языком? Если нет, каково будет место этого непонятного, непроницаемого для них слоя текста? Думаю, что если мне удастся найти для себя ответ на этот вопрос о роли непонятного, я стану активно пользоваться несколькими языками в рамках одного текста.

  1. Есть ли авторы, чей опыт двуязычия вдохновляет вас?

Скорее нет, потому что я внимательно не искал таких примеров, но если я себе такой пример воображаю, то один из языков, на которых такой автор пишет, обязательно миноритарный и он противопоставлен какой-то более магистральной культуре.

  1. В какой степени культурное наследие каждого из ваших языков влияет на ваше письмо?

Я думаю, что культурное наследие всегда и неизбежно влияет на язык, хотим мы того или нет. Можно быть плохо знакомым с культурой, можно даже не очень хорошо знать язык, но когда пускаешь его себе в гортань или в пальцы, он начинает говорить каким-то своим голосом, у него есть своя повестка, о которой мы можем и не догадываться.

%d такие блоггеры, как: