Примерно в IV – III вв. до н. э. на Кавказе появляется государство Картли. На этом месте, следуя древней грузинской летописи «Картлис Цховреба» («Житие Картли»), уже существовали Мцхета, старейшины, но цари появляются впервые. Это Восточная Сакартвело, она же Грузия в будущем, она же Georgia – от Земля св. Георгия, но самоназвание – Сакартвело. Западная часть – Колхида, возникшая на месте государства Колха, возникшего на месте государства Диаохи. О чем упомянуто не позднее XI в. до н. э. в ассирийских надписях.
Следуя летописи, еще во время Навуходоносора, VI в. до н. э., во Мцхету пришли евреи, попросили у местного старосты, или старейшины, землю под налог, там и жили, и разговорными языками в то время были, пишет «Картлис цховреба», грузинский, армянский, хазарский, ассирийский, греческий, еврейский. (Скорее всего – арамейский, так как он был уже разговорным языком, в отличие от древнего иврита, на нем говорила вся персидская элита, представители которой, а также смеси с картвелами долгое время правили Картли). В Колхиде языков и того было больше.
Древний лексический фонд картвельского (грузинского) языка сформирован в III тысячелетии до н. э. Картско-мегрело-чанское языковое единство – II тыс. и первая половина I тыс. до н. э. Картвельские языки не принадлежат к индоевропейским.
Когда возникла письменность, доподлинно неизвестно. Летопись приписывает ее царю Парнавазу (III в. до н. э., когда Картли – уже государство). Откуда произошла? Тоже нет единого мнения. Древнегреческий или восточный диалект арамейского? А может, все вместе или что еще?
«И этот Парнаваз был первым царем в Картли из племени Картлоса. Он распространил язык грузинский и больше уж не говорили в Картли на ином языке, кроме грузинского. И создал он грузинскую письменность...».
В древности грузинский языческий пантеон возглавляла троица («самеули» – языческая, «самеба» – христианская, «сами» – три). Старшим и первым в ней был верховный бог; второй – богиня Солнце или женщина-солнце (мзекали; о, клятвы женщиной-солнцем, отождествленной с богиней-матерью, превратившиеся в фарс уже в XX веке, на самом деле имеют глубокие корни: «чемма мзем», «клянусь моим солнцем», все было всерьез), и третьим был Квириа (ср. с христианскими мучениками Ивлитой и Квирике). Верховный бог, или бог порядка, именовался Мориге (слово сохранено до сих пор в грузинском, корень обозначает все, связанное с порядком, порядочностью и т. д.). Он же – бог-луна, бог-мужчина.
Древнейшее земледелие здесь насчитывает явно не менее восьми тысяч лет, учитывая уже развитое виноделие примерно в 5980 г. до н. э. Здесь точно – до. Не проникнуть в сферу культа это не могло. Есть много народных песен о печальной участи быков и их тяжелой жизни (в частности, известная мегрельская песня «Оу, нана, нана...»). У быков были и мифические имена, Цикара – красный бык, и Никора, а культовые изображения часто имели форму полумесяца, то бишь рогообразные формы то очага, то украшений известны со времен энеолита – раннего бронзового века.
Постепенно и закономерно древнейший земледельческий культ перерастает в культ бога-мужчины, на который уже в нашу эру ложится прекрасно культ св. Георгия, в переводе с греческого – земледельца.
Так и возникла, скорее всего, «Грузия» – от Гюрджистан.
А отношение к женщине, матери, было священным. Мать-солнце, Мать Картли.
Местные евреи непосредственно связаны и с обращением Грузии в христианство в IV веке, которое произошло после прихода в Картли, или Землю Иберийскую, как ее тогда называли иностранцы (ничего общего с испанской Иберией, по крайней мере, пока не открыто, скорее всего – от племени сперов) святой равноапостольной Нино Каппадокийской, просветительницы Грузии. И эта молодая девушка, по всей видимости, реальное историческое лицо, так как с разными огласовками упомянута и в грузинских, и в армянских рукописях, и в разных источниках.
Итак, Картли старше Римской империи (не Римской республики), на сегодняшний день археологических исследований – родина виноделия в мире (8000 лет назад оно уже было развито), одна из самых древних цивилизаций, христианская страна с первой половины IV века, по апокрифическому преданию – удел Пресвятой Богородицы, патриарх Илиа II даже ввел такой праздник. День удела.
На протяжении веков Грузию захватывали все, кому не лень, и также на протяжении веков страна отчаянно боролась за свое существование. Так или иначе, она выживала, плененная, в статусе сатрапии, вассала, вилайета и пр., но сохраняла себя и как христианскую страну, и как Сакартвело.
Примерно с VIII в. самоидентификация картвелов прочно ассоциировалась и с языком, и с богослужением на этом языке.
Грузинская православная церковь обрела автокефалию (независимость) от Антиохийской церкви в V веке. Иначе говоря, с V века в Грузии богослужение ведется на грузинском языке, со своими канонами песнопений, с устоявшимся переводом Евангелия.
Разодранная завоевателями Грузия (ну вот каждый век!) мечтала о грузинском языке как языке-мессии. Собственно, он и не уходил из употребления никогда. В IX веке ученый монах, гимнограф Иоанэ-Зосимэ пишет мистическую штуку «Восхваление и возвеличивание грузинского языка». Грузинский язык сравнивает с Лазарем, пишет, в нем сокрыта великая премудрость и тайна, которая откроется в день Страшного суда: «1. Схоронен язык грузинский (и останется погребенным) до дня второго пришествия, чтобы Бог обличил всякий народ на этом (грузинском) языке. 2. И язык сей спящим доныне пребывает, а в Евангелии именован он Лазарем...»
Идея объединения Грузии (еще раз: самоназвание Сакартвело, земля для картвелов) все сильнее и упорнее к X – началу XI вв. Особое значение – у понятия «Картли». В «Житии Григола Хандзтели» под Картли понимается «обширная страна, в которой церковную службу совершают и все молитвы творят на грузинском языке». Формула.
После распада единой монархии и образования царств и княжеств (XIII – XVIII вв.) на территории всей Грузии остается и создается единая грузинская культура, а грузинский язык по-прежнему язык коммуникаций, богослужения, литературы, искусства.
Грузинский язык знали многие агрессоры, уничтожавшие Грузию, например шах Аббас I, по всей вероятности, чей бабушкой была грузинка, одна из жен тоже, что не мешало ему разорить Грузию в XVII в., уничтожив ее тутовники и виноградники, жестоко расправиться с детьми кахетинского царя и его матерью, святой мученицей царицей Кетеван, увести в плен минимум 200 000 кахетинцев, в Иране в области Фереидан до сих пор живут грузины.
(Сегодня три шрифта грузинского языка включены в список нематериального наследия ЮНЕСКО.)
Итак, с IV века по Грузии строятся церкви, причем тогда еще не было законов, как надо строить христианские сооружения, и многие храмы сегодня – уникальные исторические памятники, представляющие собой гений грузинских зодчих.
На месте древней базилики IV века во Мцхете, рассчитанной на одного человека, великий царь св. Вахтанг Горгасали, полуперс, полуибер, из династии хосроидов, царь, который по стратегическим, экономическим и пр. причинам перенес столицу Картли из г. Мцхета в г. Тбилиси, стольный город, в V в., строит другую церковь, храм Светицховели, Животворящий столп в переводе, внутри которого, по преданию, находится Хитон Господень, впоследствии в XI веке на этом месте построят первый образец крестово-купольной грузинской христианской постройки, и он станет главным кафедралом Грузии.
В VI веке напротив базилики, будущего Светицховели, вдали на вершине горы воздвигают первый в мире тетраконх, храм, от местоположения которого захватывает дух. Он словно логически завершает гору, внутри – так же сдержан и рыцарственен, как все грузинские храмы.
Его расположение выбрано не случайно, и это одно из красивейших мест в мире.
Джвари («крест» в переводе) начинает строиться во время правителя Картли Гуарама – в истории средневековой Грузии был период, когда она жила при правителях, а не царях – и заканчивается при его сыне Степанозе. О котором и гласит надпись из триптиха на стене Джвари, первом образце резьбы по камню на фасадах. Это главное отличие грузинских храмов от остальных в мировой практике храмового строительства. Уникальная, красивейшая резьба по камню, чукуртма, украшает фасады многих церквей.
И тут в летописи появляется совершенно замечательная метафора.
Светицховели сравнивается с Сионом, а по всей Грузии строятся храмы во имя Богородицы, первомученика и т. д., которые на века вперед будут именовать именно как Сиони.
Метафора, основанная на библейской символике, символическое название главнейших храмов страны. В честь святого холма Иерусалима, духовного центра Израиля, народа. Возможно, призванные стать в Грузии такими же духовными центрами.
Ученые не пришли к единому мнению, но думается, замысел был такой. По сию пору сохранились по всей Грузии несколько церквей, именуемых Сиони. Одно из несомненных значений – символ величия и духовности:
«А во Мцхета царь Вахтанг воздвиг церковь апостолов Светицховели, которая является великим Сионом, и воздвиг Столп к югу от места, на коем стояла разрушенная прежде церковь».
«Этот же куропалат Гуарам обновил основы Тбилисского Сиона, ибо потомки благоверного царя Мириана были все строителями церквей».
«А царь Эракл вторгся в Персию и убил царя Хосро, захватил Багдад и увез Древо Жизни. И по Картлийскому же пути вернулся к себе, спустя семь лет после того, как прошел (на восток). Ачестную церковь Джвари и Тбилисский Сион завершил мтавар картлийский Адарнасе».
Итак, в летописи «Картлис цховреба» появляется непосредственно тбилисский Сионский собор (Собор Успения Богоматери, который большей частью известен именно как Сионский собор).
По преданию, фундамент заложил Вахтанг Горгасали, открывший в V веке множество епархий и построивший достаточно церквей, из которых уцелели немногие. Тбилисский Сиони изначально был задуман как епископский кафедральный храм.
Сионский собор полностью разделяет судьбу Грузии: его разрушают – строят – разрушают – строят. Как видно из летописи, очередное «обновление» было примерно тогда, когда во Мцхете начал строиться Джвари.
Соответственно, Сионский собор, территориально расположенный на правом низком берегу Куры (Мтквари), вдоль древнего (не позднее VI века) караванного пути, сегодня – в исторической части города, – является одним из главных символов не только Тбилиси, но и всей Грузии.
Разорения и восстановления
1226 – хорезмийский шах Джалал ад-Дин захватил Тбилиси, снял купол Сиона и поставил на его месте свой шатер. Вынес икону Богородицы на Метехский мост, положил и сказал: кто попрет, тот спасется. Говорят, ни один человек не решился. Юношей кастрировали, потом убивали, народ пытали, бросали в реку, Кура была красная от крови. В ноябре Грузинская церковь отмечает день ста тысяч мучеников. Сколько было на самом деле, неизвестно, но случившееся является историческим фактом и зафиксировано как в грузинских летописях, так и в письменных памятниках иностранцев, пребывавших на тот период в Тбилиси.
1386 – разорение войсками Тамерлана; восстановлен царём Александром I.
1522 – шах Исмаил I разграбил икону Богородицы.
1556 – разрушения при шахе Тахмаспе I.
1616 – разорение при шахе Аббасе I.
1657 – восстановление тбилисским архиепископом Елисеем Сагинашвили (надпись на южном фасаде).
1668 – повреждение землетрясением.
1710 – царь Вахтанг VI обновил купол и облицовку.
1723–1724 – новые разорения во время османского владычества; храму угрожало превращение в мечеть, но князь Гиви Амилахвари добился его сохранения.
1795 – во время нашествия Ага-Махммад-хана Каджара пожар уничтожил росписи XVII века и иконостас.
Нашествие Ага-Махммад-хана стало наказанием Грузии за Георгиевский трактат 1783 года. Царь Ираклий II, предпоследний Багратиони, метался, он не знал, как поступить. С одной стороны – персы, с другой – турки-османы, с третьей – «лекианоба», нашествие северокавказских горцев, постоянно разорявших города и села. Он думал о единоверной России. Возможно, предполагал, что Российская империя все равно пойдет завоевывать Кавказ.
Сегодня, учитывая всю современную ситуацию, многие грузины называют его предателем. Но тогда все было не так очевидно. Его жена царица Дареджан была сторонницей протурецкой партии, так сказать, советовала договариваться с турками. Из Персии угрожал Ага-Махммад-хан.
«Кому обращусь и повем мою печаль? Пойду к оттоманам, помогут ли мне? Пойду к кызылбашам, пожалеют ли? Пойду к дагестанцам, примут ли меня?» - сетовал Гарсевану Чавчавадзе, послу Грузии в России, отцу поэта-романтика Александра Чавчавадзе и деду Нины Чавчавадзе, Екатерины Дадиани и т. д., предпоследний царь Грузии.
Надо сказать, царская династия Багратиони правила Грузией около 1000 лет и вела, по преданию, свой род от библейского царя Давида, и в царском гербе присутствовала праща, которой рыжеволосый библейский царь убил Голиафа. Среди Багратиони – немало святых, великих военачальников, поэтов, богословов.
Что к тому времени мы имеем? Грузия снова разодрана. Персия, Турция борются за сферы влияния, набеги леков. Западная и Восточная Грузия почти разорваны, существуют «грузии» («сакартвелоеби»): три царства и пара-другая княжеств. Так или иначе Теймураз II и его сын Ираклий (Эрекле по-грузински), побывав в заложниках у Надир-шаха, одного из самых страшных шахов Персии (Эрекле еще был отправлен на индийский фронт, где успешно воевал), были возвращены в Грузию, в 1744 Надир признал Теймураза царем Картли, Ираклия – царем Кахети. С тех ли пор за Ираклием закрепилось прозвище «патара кахи» (маленький кахетинец)? Шах продолжал разорять Грузию и, кстати, еще назначал католикосов-патриархов. Чуть забегая вперед, скажу, что потом, когда Надир-шах стал окончательно невменяемым по жестокости, его убили, персидский престол занял племянник, родственник и грузинских царей с сохранившимися хорошими отношениями, и был такой период, когда Теймураз и Ираклий Вторые управляли первыми лицами Персии, выбирая, кого сажать на трон. Это очень кратко, грубо, примитивно сказано – всего в пост не уместишь, потому поправки историков принимаются. Добавлю только, что английский путешественник и торговец Джонас Ханвей был уверен, что только христианская вера мешает Ираклию II стать шахом Ирана. А от веры Эрекле ни при каких обстоятельствах ни за какие блага не отказывался.
За это время оба царя пытаются отразить набеги горцев, постоянно разоряющих Восточную Грузию. В 1748 Ираклий при живом отце-царе Картли, пока тот решает другие госдела, выбивает из верхней крепости Нарикала персидский гарнизон, разрушает стену, разделявшую верхнюю и нижнюю крепости, проходившую примерно там, где армянская церковь Сурб-Геворк. Кто был здесь, тот знает. Ликвидирует одни из ворот крепостной стены, окружавшей город, за ненадобностью. Тбилиси возрождается. Ослабление Ирана естественным образом повлекло за собой расцвет культуры. С 1749 года печатаются книги, Ираклий очень ратует за стандарты литературного языка, а не только сугубо клерикальную литературу. Типография расположена рядом с монетным двором, который рядом с шикарным дворцом с белыми мраморными львами, фонтанами, позолоченными колоннами, мозаичным потолком, садами. Царским типографом назначен сначала человек турецко-армянского происхождения, затем еврей Абрам, ставший потом игуменом монастыря Давит Гареджи, который сегодня также называют символом Грузии (монастырь там с VI в.)
Долго ли, коротко ли, умирает Теймураз II, и Ираклий II становится царем Картли-Кахети в 1762 г., тем самым объединив Восточную Грузию. Впоследствии царем Имерети станет его внук Соломон II, совсем последний царь Грузии, можно сказать.
Несмотря на суровое отношение царя к крепостным, стало появляться все больше вольных людей, а крепостных запрещали продавать без земли.
Тут надо напомнить, что страной управлял царь вместе с Дарбази – царским советом. К 1770-му году было задумано и началось создание регулярного войска «мориге», что вызывало сопротивление тавадов, князей, лишавшихся работников. Каждый годный к военной службе должен был месяц в году отбывать воинскую повинность. Во главе войска мориге стоял сын Ираклия II царевич Леван, на которого возлагались огромные надежды в будущем.
Изменения происходили и в области законодательства. Проводившиеся реформы окончательно ослабили ирано-турецкое владычество. Окончательной централизации власти и, соответственно, объединению Грузии мешали внутренние распри феодалов. Крестьяне возвращались в свои дома. Была создана городская полиция. В особый управленческий совет входили также два министра иностранных дел – христианин и мусульманин. В Картли переселяются армяне, ассирийцы и т. д., бежавшие от османов. Многие мусульмане становились христианами, Грузии подчиняются Гянджийское, Карабахское ханства, захвачен Тебриз и пр. Строились фабрики, заводы, учебные заведения (семинарии), типографии. Для восстановления горнорудной промышленности Ираклий переселяет несколько сот дымов анатолийских греков, возобновивших добычу серебра. Модернизировалось сельское хозяйство. Грузия становится центром ремесленного производства. Возникают новые города, вновь открывается древнейший торговый путь через Дарьяльское ущелье. Перечисление – на несколько страниц учебника минимум.
Итак, с 1750-х годов впервые за долгое время в Грузии нет войны. Если не считать опустошающих набегов с Северного Кавказа. Тем временем идет русско-турецкая война. И в Грузию вступают войска авантюриста генерала Тотлебена. Силой приручить царей не получилось, хитростью – пошли, мол, вместе на ахалцихского пашу, единым порывом победим, отдадим. Пошли. И на самом важном этапе пути Тотлебен повернул назад, оставив Ираклия с войском один на один с превосходящей силой противника. Грузины были возмущены. Но бой выиграли. Такие штучки Россия будет проделывать еще неоднократно. Особенно после подписания знаменитого Георгиевского трактата в 1783 г. Оснащенная собственным оружием, царская гвардия была сильна духом. (Ну а кто ходил со мной по Тбилиси и, может, еще пойдет, поглядит на гранаты тех времен.)
Ираклий был женат трижды, был отцом 28 детей. Выжили 19. Это тоже стало впоследствии источником проблем престолонаследия и разрозненности Грузии.
Тем временем лекианоба – разорительные набеги горцев – не прекращались и страшно мешали жить, усилились турки, персы подбивали глав ханств бороться против Грузии. Ираклий размышлял, что ему предпринять. Советовали разное.
В итоге Гарсеваном Чавчавадзе с грузинской стороны и Павлом Потемкиным с российской подписывается Георгиевский трактат. Впервые Грузия лишается возможности самостоятельно проводить внешнюю политику. Чтобы говорить с близлежащими, стоящими, сидящими турками и персами, надо сначала на коне доскакать до Санкт-Петербурга.
Но! Россия обязуется защищать Грузию, сохранять ее границы и царскую династию Багратиони.
Надо ли говорить, что Российская империя не выполнила ни одного из пунктов, не вступила в бой с Ага-Махммад-ханом, принимая от него подношения. Екатерине II, как и последующим царям, разоренная Грузия была выгодней.
После нашествий разражаются в городе чума, холера. Жителей остается всего ничего.
Потому приходу солдат Российской империи многие даже рады.
В итоге в Сионском соборе в 1801 г. читается царский указ о присоединении Картли-Кахетинского царства к Российской империи. («Милостию», да?). Позже в нее входят Имеретинское царство, княжества Самегрело, Гурия, Абхазия, Сванети. Большинство представителей Багратиони насильно вывозят в Россию. Не обошлось без трагедий. С 1811 г. упраздняется автокефалия Грузинской церкви, вводится экзархат, подчиненный русскому синоду. В крупных городах запрещается богослужение на грузинском языке. Народ постепенно отходит от церкви. Грузинское застолье, возможно, было не более чем сопротивление этой русификации. Многие из его жестких законов, нынче уже почти исчезнувших, повторяли некоторые правила литургии.
Вместо царств появляются Тифлисская и Кутаисская губернии.
Тбилиси возглавляют генералы-главноуправляющие. В 1844 г. Николай I специально создает должность наместника императора на Кавказе. Первым стал М. Воронцов. Он был сыном посла в Англии и являлся сторонником английской системы окультуривания туземцев. Привозит итальянскую оперную группу, начинает застройку жилых кварталов, Тбилиси расцветает (как уездный город, как Тула или Рязань), постепенно появляется тбилисский модерн. Его строят богатые местные промышленники на свои деньги.
Национальные учебные заведения упразднены, открыты русские. Знания оказались практически недоступны. Национально-освободительное движение возрождалось постепенно, его основатели и участники, многие из которых поплатились жизнью, чтимы народом, пока жива Грузия. С участием великих грузин: писателя, общественного деятеля, бизнесмена, можно сказать, и будущего святого Ильи Чавчавадзе, Димитрия Кипиани (оба канонизированы), Иакоба Гогебашвили, автора первого грузинского букваря «Деда эна» («Мамин язык, родной язык» в переводе) создается «Общество по распространению грамотности среди грузин».
При зоологическом антисемите императоре Александре III практически запрещено упоминать слово «Грузия» и «грузинский», язык преследуется. Он упраздняет и наместничество (потом придется восстанавливать). Ректор Духовной семинарии, жестокий человек, отправивший в штрафные батальоны и уволивший не одного бедного студента, жившего только на стипендию, Чудецкий называет грузинский язык «собачьим языком». Один из таких студентов его убивает. На похоронах ректора экзарх Грузии проклинает народ, породивший убийцу. Предводитель кутаисского дворянства, глава «Общества по распространению грамотности» Димитрий Кипиани обращается к нему с письмом, в котором требует извинения или покинуть страну. В итоге. Студента сослали, откуда он, по народной версии и не более того, сбежал в Америку, Кипиани посадили, сослали в российскую провинцию, где убили «при невыясненных обстоятельствах».
Многие фрески в старинных церквях забеляют «благолепия ради». Так погибли фрески XI века в Светицховели, в Сионском соборе в Тбилиси, в Алаверди в Кахети, церкви в Гергети в Степанцминде и т. д.
После присоединения Грузии к России тбилисский Сиони был заново расписан по распоряжению князя Цицианова.
В 1851–1855 гг. по инициативе наместника Михаила Воронцова князь Григорий Гагарин выполнил новую роспись и восстановил иконостас.
(В советское время колокола были сняты (1931). В 1978–1979 гг. западную часть вновь расписал Л. Цуцкиридзе).
После победы Февральской революции в России в 1917 г. народы, покоренные империей, начали пытаться освобождаться от нее. Особенно после большевистского революционного переворота и остальных советских дел. В Грузии верили, что это ненадолго. Был созван Первый Национальный съезд Грузии. По поручению Интерпартийного совета с докладом «Сегодняшний момент и политическое положение грузинского народа» выступил Ноэ Жордания. Делегаты съезда выдвинули идею вхождения Грузии в состав демократической России на правах отдельной автономной единицы. С Советской Россией Грузия не хотела и не могла иметь каких-либо связей.
За это время на Грузию успела двинуться войной Турция, получившая от России на правах союзницы Германии после Брест-Литовского договора 1918 года Батумскую, Карсскую и Ардаганскую области. В 1919 – конфликт с Деникиным, пытавшимся восстановить империю. Все было тяжело, бедно (нищета), шатко.
Грузинская церковь начала борьбу за возвращение автокефалии. Российский патриарх Тихон был против.
... Заседание Национального совета Грузии открылось 26 мая 1918 года в 16 часов 50 минут в бывшей резиденции Кавказского наместника императора на Головинском проспекте (ныне пр. Руставели). Председатель и будущий глава республики – Ноэ Жордания. Он же зачитал «Акт о независимости Грузии». Акт был зачитан в символическом месте, Дворце наместника российского императора, после более чем векового правления Российской империи в Грузии.
Первая статья акта гласила: «Отныне грузинский народ – носитель суверенных прав, а Грузия – полноправное, независимое государство».
Независимая Грузия объявляет постоянный нейтралитет в международных войнах, стремится к добрососедским отношениям со всеми государствами, в особенности с граничащими с ней странами и народностями. Грузинская Демократическая Республика обеспечивает своих граждан всеми гражданскими и политическими правами, независимо от национальности, вероисповедания, социального положения и пола. Грузинская Демократическая Республика предоставляет неограниченную возможность свободного развития всем национальностям, проживающим на ее территории. Грузинская Демократическая Республика отменяет смертную казнь. До созыва Учредительного собрания Грузии государственную власть осуществляет Национальный Совет. Правительство Грузии несет ответственность перед Национальным Советом.
Национальный Совет Грузии единогласно утвердил «Акт о независимости Грузии» и первое коалиционное правительство Грузинской Демократической Республики.
В течение трех лет независимости, когда в Грузии побывали и Германская миссия, и Британская, независимость Грузии признают многие страны (в т. ч. Советская Россия с роковым условием легализации деятельности большевиков) и открыты посольства большинства стран. За это время культура просто вспыхивает. Тбилиси, этот «фантастический город», становится одним из серьезных постимперских культурных центров, оазисов. И грузинской, и русской культуры в том числе. Поэзия, живопись, университет...
Все закончилось в 1921 году, когда 11-я Красная армия вошла в город.
Немало этому способствовали Шулаверский комитет, созданный в Грузии, Киров, Орджоникидзе. В Москву была направлена телеграмма о якобы начавшемся восстании, что послужило поводом наступления Красной армии.
На борьбу с большевиками юнкера уходили с центрального проспекта Руставели. В пригородах Тбилиси Коджори и Табахмела состоялись решающие битвы. Несмотря на пятинедельные бои и героическое самопожертвование, гражданам Демократической Республики Грузия не удалось защитить независимость. И из этих деревень по Сололакской, в советское время Кирова, улице, заворачивая прямо на проспект Руставели, Красная армия входила в город.
«Тбилиси спал спокойно, он еще не знал о своей смерти…» - так описывает первые минуты 25 февраля 1921 года 18-летний доброволец Гиви Гамбашидзе, когда узнал о решении командования оставить город. Еще незадолго до этого он вместе с товарищами ждал великого момента самопожертвования во имя родины.
Грузинская армия действительно покинула Тбилиси неожиданно — в морозную ночь с 24 на 25 февраля. Город фактически оказывался под угрозой окружения.
11 февраля 1921 года большевистская Россия начала необъявленную войну против Демократической Республики Грузия.
15 февраля Ленин дал указание 11-й Красной армии поддержать вооруженное выступление и занять Тбилиси.
В Шулавери был создан революционный комитет во главе с Филиппом Махарадзе (самый вероятный заказчик убийства Илии Чавчавадзе в 1907 году, его бывший соратник), который 18 февраля провозгласил советскую власть и обратился к Советской России за помощью.
Советская Россия наступала одновременно с нескольких направлений — с севера, северо-запада, востока и юго-запада.
Ректор Тбилисского университета Иванэ Джавахишвили призвал студентов взять в руки оружие. Среди погибших была 19-летняя сестра милосердия Маро Макашвили, она ушла добровольно прямо из университета на войну, дочь писателя, ученого, первого председателя независимого Союза писателей Грузии, ее дневники сегодня имеют огромную историческую ценность периода независимости Грузии.
Особую храбрость проявили юнкера военной школы в боях у Коджори и Табахмела.
На рассвете 25 февраля грузинская армия покинула столицу. Через несколько часов Тбилиси заняли части 11-й Красной армии.
25 февраля 1921 года Тбилиси был полностью занят 11-й Красной армией. Грузия стала частью российской советской империи.
Серго Орджоникидзе отправил в Москву телеграмму: «Над Тбилиси развевается красное знамя. Да здравствует Советская Грузия!»
Последовали жестокие репрессии, запрет политических партий, расстрелы тысяч людей, длительные тюремные заключения и ссылки. Было жестоко подавлено восстание 1924 года.
Писатель Михаил Джавахишвили, впоследствии расстрелянный, писал:
«25 февраля я почувствовал, как в тело вошел острый меч, который с тех пор с каждым днем все глубже вонзается в меня. Я побледнел, и постоянная дрожь проходит по телу. Теперь острие кинжала уперлось мне прямо в сердце, и я чувствую: стоит лишь чуть-чуть шевельнуться – он пронзит меня и покончит со мной так, что я даже не успею издать стон».
***
Во время независимости Грузии и в первый период Советской власти в народе были очень популярны поэты-голубороговцы.
В 1915 году в Кутаиси создаются «Голубые роги» (груз. Циспери канцеби) — объединение грузинских поэтов-символистов. Лидеры – Паоло Иашвили, Тициан Табидзе, Николоз Мицишвили, Григол Робакидзе, Валериан Гаприндашвили, Колау Надирадзе. Конечно, манифест. Конечно, эпатаж. Конечно, опьянение. «„Первословие“ наше ядовито, оно, как кипящая сталь, обожжет Ваше сердце, враги святейшего искусства; Вас, которые не верят в царство искусства и перед его высоким престолом не признают наше подданство навеки... После Грузии святейшим городом является Париж».
Это были великие грузинские поэты, которые были действительно слишком опьянены и легкомысленны. Это стоило многим жизни. Их флешмобу принадлежит заслуга переименования Головинского проспекта (в честь генерала Головина) в проспект Руставели, во время независимости Грузии. При большевиках, к которым поначалу отнеслись легко и поверхностно, желая оставаться на пике популярности, они сумели сделать дом великого мецената, производителя знаменитого коньяка Давида Сараджишвили Домом писателей. Национализация или спасение? Но оказалось, что спасение. Дом сохранился. В нем состоялся ожесточенный спор Мандельштама с Табидзе и Иашвили, когда великий русский поэт возмущался тем, что они пропустили такую великую стихию, как Важа Пшавела (и, кстати, сумевший уловить и точнее всех других русских перевести хотя бы четыре строчки), что европейскую литературу воспринимают через вторые руки, через русский язык. Его очерк «Кое-что о грузинском искусстве», по моему глубокому чувствованию, гораздо больше понимает Грузию, чем слезное сентиментальное отношение Пастернака.
И в том же Доме писателей на заседании 1937 года, когда в коридоре дежурили нквдшники, а в зале сидела почти вся гордость грузинской литературы, Паоло Иашвили застрелится из ружья своего друга Тициана Табидзе, уже сидевшего в Метехской тюрьме, которое они хотели и не подарили С. Есенину, предварительно оставив записку маленькой дочери. Его заставляли дать показания на Тициана. Тициану наговаривали на Паоло, но и тот отказывался, его расстреляли.
В живых после того заседания почти никого не осталось.
Шло время. Советский Союз процветал как мог. Большой террор остался позади, а малый не прекращался. Впрочем, тут неуместны никакие сравнения.
Последний из тех поэтов оставшийся в живых Колау Надирадзе в 1969 году пишет стихотворение, которое станет программным, историческим и в постсоветской Грузии войдет в учебники по литературе.
Понять масштаб, переживания, аллюзии, вложенные в это стихотворение, которое по определению не могло быть напечатано тогда, можно только зная историю Грузии – Картли – Сакартвело.
Судьба стихотворения «25 февраля 1921 года» оказалась драматичной. Опубликованное в юбилейном издании к 70-летию Октябрьской революции (!) «Тысяча строк поэтов», оно вызвало гнев официальных кругов. В 1985 году на заседании Союза писателей Грузии поэт был подвергнут резкой критике и осуждению, хотя в силу возраста и «раскаяния» его не исключили из Союза. (Все-таки иногда можно было сказать: «Это Грузия, детка».)
О других подробностях в свое время мне рассказал писатель, литературный критик Леван Брегадзе. Поэт написал стихотворение, не надеясь на публикацию, для себя, однако оно волшебным образом оказалось в сборнике стихов разных поэтов 1985 года в известном издательстве «Мерани» (известное в свое время издательство публиковало сборники Мандельштама, Цветаевой, Пильняка и т. д. при Советском Союзе). Он вспоминал, что обнаружил его в виде рукописи в самом сборнике (там прилагались к печатным стихам и авторские рукописи, автографы). Пройдя сквозь строй цензуры, рукопись с совершенно прямыми высказываниями – датой, топографическими названиями и т. д. – не была замечена, и только по выходе книги спохватились и велели убрать тираж и издать цензурированный. Несколько книг Леван успел тогда купить. Семь человек были уволены.
В 1984 в книге «Что мог сказать – сказал стихами» («Мерани») Колау Надирадзе напишет: «Нашей целью было прежде всего реформировать грузинский стих, снять с него кору провинциализма и отсталости и зазвучать по-грузински так, как это сделали символисты во Франции, Германии, Бельгии и Норвегии; придать стиху ту силу и звучность, каких достигли в России блестящие представители символизма – Константин Бальмонт, Андрей Белый, Валерий Брюсов, Александр Блок.
Мы этого достигли. Это стало возможным благодаря нашему высокому культурному уровню, нашему вкусу и глубокой любви к Родине».
***
25 ФЕВРАЛЯ 1921 ГОДА
Снег был... Тбилиси под мраком дичал.
Люди молчали, Сиони молчал.
Город, погрязший в дремоте печальной,
Ужас ковался на той наковальне –
Слезы и кровь, тень Голгофы недальней!
Матушка ро́дная, вновь недалече
Плен твой, крест пыточный взвален на плечи,
Снова тебя беспощадно калечат!
Снег был, Тбилиси под мраком дичал.
Люди молчали, Сиони молчал.
Пали Коджори и, вслед, Табахмела,
Падал и снег – не спеша, неумело.
Трупы героев, не вмерзшие в почву,
Вскрытая грудь, руки сломаны, Отче,
Умер февраль той недвижимой ночью.
Снег был... Тбилиси под мраком дичал.
Люди молчали, Сиони молчал.
Той же дорогой, где сабли сверкали,
Триста героев бессмертье снискали,
Где умывала слезами Мать-Картли
Нас, наше знамя упало, веками
Отяжеленное, кровью невинной,
Снег распростерт над Крцанисской долиной, –
Гордо, на белом коне, с красным флагом,
Словно с косой, алым адовым знаком,
Смерть к нам входила медленным шагом!
Снег был... Тбилиси под мраком дичал.
Люди молчали, Сиони молчал!
Колау Надирадзе, 1969
(Перевод: Инна Кулишова, 2021)
КОММЕНТАРИИ
Сиони – главный кафедральный собор Тбилиси, в Сиони хранится главная святыня грузин – крест, с которым св. Нино в IV в. крестила Грузию.
Коджори и Табахмела – пригороды, тогда деревни, где произошла решающая битва с Красной армией.
Триста героев – триста арагвинцев, воины арагвского эристави, погибшие в Крцанисской битве, 1795 год, когда пятитысячная армия предпоследнего царя Грузии Ираклия II боролась против 35-тысячной персидской армии Ага-Махммад-хана, причем побеждала, но нашелся предатель, сказавший, что их мало, и открывший ворота крепостной стены, грузинская армия потерпела сокрушительное поражение, после чего будущий шах (ненадолго шах) сровнял Тбилиси с землей. Россия на помощь не пришла. 75-летнего Ираклия внуки насильно увели с поля боя.
Сегодня Крцанисская долина находится на территории Тбилиси.
Мать-Картли – родина, Мать-Грузия (Сакартвело-Картли).
1921 წლის 25 თებერვალი
თოვდა… და თბილისს ებურა თალხი,
დუმდა სიონი და დუმდა ხალხი.
ძილ-ღვიძლად იგო ქალაქი ჩვენი,
საშინელებას კვლავ სჭედდა გრდემლი –
ისევ გოლგოთა, სისხლი და ცრემლი!
მშობელო დედავ, ისევ გაგყიდეს,
ისევ წამების ჯვარი აგკიდეს,
არ შეგიბრალეს, კვლავ არ დაგინდეს!
თოვდა და თბილისს ებურა თალხი.
დუმდა სიონი და დუმდა ხალხი.
დაცხრა კოჯორი და ტაბახმელა,
მხოლოდღა თოვლი ცვიოდა ნელა,
ეფინებოდა გმირების გვამებს –
განგმირულ მკერდებს, დალეწილ მკლავებს,
და უძრავ იყო თებერვლის ღამე.
თოვდა… და თბილისს ებურა თალხი,
დუმდა სიონი და დუმდა ხალხი.
იმ გზით, სად წინათ ელავდნენ ხმლები,
სად სამას გმირთა დაიფშვნა ძვლები,
სად ქართლის დედის ცრემლით ნანამი,
მძიმედ დაეშვა ჩვენი ალამი,
სად გმირთა სისხლით ნაპოხიერი,
თოვლს დაეფარა კრწანისის ველი, –
წითელი დროშით, მოღერილ ყელით,
თეთრ ცხენზე მჯდომი, ნაბიჯით ნელით
შემოდიოდა სიკვდილი ცელით!
თოვდა… და თბილისს ებურა თალხი,
დუმდა სიონი და დუმდა ხალხი!
:
ДВОЕТОЧИЕ: 