:

Таня Скарынкина: В ГОРОДЕ С.

In ДВОЕТОЧИЕ: 34 on 30.05.2020 at 15:52

В ГОРОДЕ С.

Бывают места и похуже чем это
ведь где еще поутру можно встретить
пьяного одноклассника
на остановке заваливается

то влево
то вправо
— Здравствуй Вова!
— Здравствуй Таня!

рванулся приветствуя
что с лавки едва не свалился
а когда-то я
писала ему письма

на войну в Афганистан
он интересно отвечал
что «боевые отважные офицеры
не дают падать духом солдатам»

офицеров не стало
Вова упал
— Вова пока!
И ушла

не дожидаясь как станет выпрашивать
на бутылку плодово-ягодного
три рубля новыми деньгами
30 000 старыми.


ПОКИДАЯ СТОЛИЦУ В РАЗГАР ВЕСЕЛЬЯ

Каторга
есть дополнительное название города Сморгонь

путешествуйте
пока вы окончательно не устали

до тех пор покуда вас
не приковало цепями

к постели мамы
разбитой параличом.


ЛИСИЦА И ТУФЛИ

По центру все свои
но на краю Сморгони незнакомая лисица
пригнула морду к тайнику под старыми иголками
в ее глазах сверкает интерес

а я мечтаю о весенних туфлях
на какую лисью хитрость
пуститься
чтобы взять их след?


ЯИЧНИЦА

Ловлю себя на том
что вновь онемеваю
в компании своих
ну сколько можно бля

я взрослый человек
или говго какое
на ватных ножках
на ходулях

пролетает над Сморгонью
на облачке стремительный февраль
и мама постепенно
умирает

я опускаю руки в рукава
давно пора стирать пальто
но холода не отпускают
я смены не имею на морозы

рабочие с молокозавода
отоваривались вчера
я наблюдала в счет зарплаты
предъявляя видавшие виды паспорта

крошечные мужчины
взяли на двоих большую мерзлую курицу
одну плодово-ягодного «На распутье»
литр джин-тоника

из-за джин-тоника попрепирались
можно?
нельзя?
но продавщица смиловалась

и сигареты попросили
синий Форт
синего не было
взяли красный

«За несколько минут
кабана разрывают на части»
это мама проснулась
надо и мне подниматься

жарить яйца
одно
и одно
два идеальных яйца

вспоминая над яйцами
неделю поэзии в Минске
и поэта в которого можно влюбиться
но все обошлось как всегда.


СПРОСИЛИ КАК СКАЗАЛИ

Однажды недавно спросили
«Знаешь сколько людей тебя ненавидит?»
точнее сказали
короче спросили как сказали
без вопросительного будет правильнее знака
«А знаешь сколько людей тебя ненавидит»
или «сколько человек»
дословно уже не помню
я ответила помню:
«Не знаю»
точнее:
«Не хочу знать»
а хочу я знать кто такой Лёнька Янчукович

по улице Матросова
гуляя по морозу
незнакомого спитого малость дяденьку
я зацепила и спрашиваю:
«Как называлась улица до войны?»
«Не былО яе да войны. А нашто вам?»
«Я пишу о Сморгони всякие там по типу статьи»
«Што вы можаце о Смаргоні знаць?»
махнул на меня рукой безнадежно дяденька
и развернулся уходить
«Вы ж і пра Мядзвежную акадземію
не чулі сто працэнтаў”
с обидой за академию воскликнул дяденька удаляясь
«Про академию знаю как раз
мне мама рассказывала»
вслед ему вру потому что и вовсе не мама
а учительница истории

но «мама» действует лучше на незнакомцев
«Адкуда мама?»
«З Перавозаў»
дяденька вдруг обратно вернулся
у дяденьки просветлели глаза
тут они и вспомнил Лёньку Ячуковича
з Перавозаў
обещал рассказать
пригласил к нему заходить:
«Я зара проста немножэчка спешу»
«А где вы живете?»
он показал рукой куда-то в сторону горизонта:
«Там напроціў калодзежа”

я зайду
мне понравился дяденька
не мерзлявый
голая шея без шарфа
все то время что мы говорили
он курил сигарету без фильтра
как-то чудом удерживал грубыми пальцами
парумиллиметровый недокурок.


СПРОСОНЬЯ Я НАЩУПЫВАЮ ВРЕМЯ

Спросонья я нащупываю время
и все его сплошные чудеса
которые так много обещают
мне с утра

к вечеру незаметно формируются
то в ругань пьяного под нами
на первом этаже мужика
то в игрушечный гул вертолёта

то в неподвижное озеро
на краю сознания
с желтковыми заклёпками «булавок»
это в Сморгони так назывались кувшинки

то в базарную площадь у взорванной в 66-м году церкви
где у дедушки Иосифа евреи силой уговора выторговали самого красивого
вороного коня по цене двух обычных коней
и увели в Россию.


ЗАБЫВАЮ ПРО РАЗБИТОЕ КОЛЕНО

Забываю про разбитое колено
переворачиваюсь во сне на живот
и тут же переворачиваюсь обратно
и без того мало радостей в жизни
ещё и на животе спать нельзя
из-за сущей ерунды

это мы разворачиваемся значит
уходить ночью от Ангела Смерти
на Вилейской мемориал такой
в честь Первой Мировой Войны
с Ангелом Смерти по центру
и я вдруг забываю про одну ступеньку

главное всегда помнила
но в Православную Пасху
раз! и с размаху коленями на гравий
под памятником
особенном правым коленом
даже штанина порвалась

после зашли мы в Церковь
уже под утро
там всё закончилось
все расходились по рассветному городу
с горящими свечками как светлячки
звонко бесились колокола

в Церкви батюшка выскочил
из-за алтаря: «Христос Воскрес!»
мне впервые понравилось как это звучит
«Воистину Воскрес!»
ответили мы обе католички
я вытянула повреждённую ногу

с лавки у входа видно
как хорошо в Церкви
светло просторно
гирлянды с бумажными яйцами
чувствуется что здесь много человек
молилось долгое время

они ушли
а молитвы остались
как молочные ручейки
разнообразных оттенков
плаваешь во всём этом улыбаешься
никто не выгоняет.


ПОЭТ-ПОДПОЛЬЩИК

Поэт подпольщик
так я про него узнать узнала
что своей винтовкой ржавой
он подпирает вечно хлопающую

дверь
как зверь
прислушивается к ночным шагам
по тротуару

которые обрываются
на последнем ударе маятника
в полночь
чё ещё

в подполье хорошо теперь
насыпано горками
сырых разнокалиберных слов
и немного старых сбоку

а новые
запакованы
в антиправительственные газетки
и это

некоторые приносят поэту
под дверь конфеты
защитные амулеты
бесплатные билеты

к засекреченным городам
где он встречает таких как он сам
они таращатся там
друг на друга на подпольных вечерах

меняют явки пароли
под видом чтения стихотворений
никогда оттуда не приезжают
такими как были

если б вы знали все
как это бесит всё
родственников
и одноклассников.


КОЛЕСО ОБОЗРЕНИЯ ДОЛЖНО БЫТЬ В КАЖДОМ ГОРОДЕ

Или я ничего не понимаю
в устройстве городов
или колесо обозрения
должно быть в каждом городе
у нас в городе было такое колесо
и оно украшало город как могло даже осенью
даже зимой совершенно голое
возвышаясь над городом
колесо обозрения должно быть
самым высоким
сооружением города
с этим не поспоришь
без него любой город как голый
не такой весёлый
каким он мог быть легко
с колесом
я до сих пор идя по парку
вижу порою
как бы тень колеса обозрения
боковым зрением
и как папа на самой высоте
вдруг начинал раскручиваться
я кричала на весь парк
есть что вспомнить.