:

Исраэль Малер: ГОСПИТАЛЬ

In :6 on 22.05.2020 at 13:42

Лейтенант сказал: «Ты обязательно пиши мне, а то я умру». «А если, – отвечала я, – самолет не долетит, парашют не раскроется, почтальона убьют?» «Ты, главное, пиши», – улыбнулся.


 

Вот тебе клен, вот тебе ясень – спроси.


 

Птицу били в лёт. Кувыркнувшись она падала наземь клювом вниз.

Потом развесили флажки и пошли, пуляя им на страх – себе на смелость. Слонам обрубали ноги, и они так оставались стоять в полях, и прохожие пользовались ими как пепельницами.

Что-там-за-окном?

За окном столб листвой царапает окно. Одинокий столб в пустом дворе с одним выходом.

Что-там-за дверью?

Там, за дверью – бинт.


 

Лейтенант сказал: «Люди, я вас не задерживаю. Живите.»


 

Простата душевная.


 

, что стропа парашюта зацепилась за хвостовое оперение самолета, и его потащило, сначала по земле,

, он понимал – это не самолет,

, кто-то пытался ухватить его за ноги, кто-то – перерезать стропила, он услышал крики и голоса,

, парашют, влекомый ветром, тащил не по камням, не по кустам – цепляя, по верхушкам крон деревьев – хлещущих,

, он обходился без парашюта,

, это его батарея била залпами,

, это его койка, привинченная к полу,

, это он, привязанный к койке,

, огонь!


 

Лейтенант утер пот и сказал: «Ты не пиши писемъ. Письма они не доходят. Пачтальоны гибнут. А мине от писемъ такая тоска берет, что в атаку наступаю. Это опасно, любимая, очень опасно».


 

Тех, которые отставали, забивали ногами и оставляли на дороге.

Те, которых били в сумерках, отползали с обочины и скатывались на свободу.


 

И пуля – не дура, и штык – молодец.


 

Потом их послали копать.

Чтобы земля оттаяла разложили костры. Мертвые время не имут.


 

Пролетая над спросила душа:

– Что это у них там? Посадочная полоса?

В ответ рассмеялись:

объяснили.

– У меня тоже было тело? – спросила.

– Тебе что?

– Любопытно взглянуть. Из чего оно?

Вот, блин, луна – дух вышибало.

Смотришься в нее.

И перестаешь узнавать свои, родные черты. Утомляешься бесконечным скитанием. В пустоте одной. А тело твое, ворованное у Природы, невидимо протягивает к тебе же руки.

Срочно переведи взгляд на звезды, успокой вой души и медленно вернись в очумевшую от тоски и страха оболочку, стараясь не повредить ее члены и душу не оцарапать, не ошкрабить.

Темна твоя жизнь, как и загадочна ее природа.