2012 г. запись из дневника

Что меня окружает сейчас: два амадина, мольберт, шкаф, зеркало, синяя кровать, сломанная лампа, косой черный стол, холодное сквозящее стекло, канадская вышивка — лошадь и тигр, старый красный ковер, тибетский колокольчик, монгольский колокольчик, глиняный будда, болгарская дудка, советские открытки, банановая кожура, сломанный принтер, велосипед, три халата, сумка жены, из которой выпали вдруг: 1. тушь ея, 2. паспорт ея, пустая амадиновая клетка, сотни разных неинтересных книг, десять неинтересных фотоальбомов, картина с якутским пейзажем, стопка карандашных рисунков, синяя подушка, из всего этого выделим черный косой стол, с которой свисает уже упомянутая сломанная лампа, на котором стоят две пустые чашки кофе, одна пустая чашка зеленого чая, одна пустая бутылка с неким энергетическим напитком, одна полупустая коробка с печеньем, одна белая пустая тарелка, один замкнутый в себе ноутбук, один не используемый монитор, одна статуэтка с негритянскими любовниками, подаренная некогда жене, один журнал «Переход», стопка невнятных листков А4, и следующие книги: «Ролан Барт, SZ», «Велимир Хлебников, Проза», «Лу Саломэ, Эротика», «Екатерина Завершнева, Высотка», «Герман Гессе, Собрание», «Эрих Фромм, Анатомия человеческой деструктивности», «Гете, Фауст». Так же нельзя не упомянуть открытку с портретом Шарлотты Генсбур и будильник, собранный на заказ одним классическим столетним часовщиком, которых, в общем-то, не бывает в природе, существование которых, в общем-то, суть чудо.

Что меня окружало раньше: Не помню.

Что меня будет окружать затем: Не знаю.

Кто я сейчас: Никто.

Кем я был раньше: Никем.

Кем я буду затем: Возможно, никем.

Каковы мои жизненные цели: Потрясение.

Возможно ли потрясение: Нет.