Я НЕ ХОЧУ ОБРАТНО В ЛЕС

Я не хочу 
обратно в лес в брусничник
в можжевеловые лапы

а впрочем
история сама себя расскажет
как захочет

как начиналось всё 
без мамы и без папы
в человеческих обличьях

их никогда и не было
всё они врут
а было всё совсем наоборот.


МАЛЕНЬКОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ

Я попросила 
молоко и кефир
продавщица молча сняла с полки
две бутылки водки

неужели мне бессознательно хотелось водки 
и продавщица догадалась о хотении
но я не хотела почти совсем
мне нужны были только молоко и кефир

или меня в другую реальность перенесло
где водку называют кефиром и молоком
или это день сегодня такой
когда водку подают тем кто просит кефир и молоко

много разного в голове пронеслось
пока она снимала водку с полки
и отнесла на другую кассу
которая от полки с водкой подальше

а мне дала 
именно то что я просила
пакет молока
и пакет кефира.


КРАСНЫЕ СТАКАНЧИКИ

Солнце августа слева 
на какое-то время 
отрываюсь от написанья стихов
и поворачиваю к нему лицо

позагорала немного 
лицом из кухни
до чего же приятно
кузнечики лезут в самые уши 

если закрыть глаза
лучи в самые веки пекут до красных 
скорее даже
гранатовых кругов

я вижу вдруг под кругами
как на море 
с белой полоской солёного прибоя
нам с Леной Варвинской сестрой покупают

стаканчики «Для холодных напитков»
тёмно-багряного цвета 
как эти круги
внутри глаз

мы ссорились из-за них постоянно где чей
покуда не подписали стаканчики
точней нацарапал дядя Митя Варвинский 
ножом перочинным инициалы Л. и Т.

у нас долго хранился стаканчик Т.
а у Лены Варвинской с цепкой хваткой 
наверняка до сих пор он есть
стаканчик Л.


СБИТЫЙ ЁЖ

Я подняла ежа с проезжей части
где он недавно весело бежал
его насмерть ударило
но не раздавило

я взяла ежа за передние лапки
и унесла прочь с дороги
ёж потешно болтался на весу
что сжималось сердце

ёж был вполне себе цел
и даже казалось слегка дышал
его глазки блестели
под фонарём как живые

но ничего не видели
его блестящий нос
не различал запахи летние
а запахов порхало множество вокруг нас

где-то постригли траву
откуда-то тянулись вяленые флоксы
а ёжик болтался легко на весу
сбитый автомобилем неизвестным

и всё казалось 
что пальцы мне ответно пожмут
его прохладные пальчики
не пожали

я положила ежа 
в траву у дома
где жил когда-то фотограф 
по прозвищу Хона

по фамилии Субоч
и быстро пошла 
оттуда прочь
по улице Иванова.


НЕ ОТМЕЧАЮ

Мама умерла
накануне Рождества
с тех пор я католические праздники
не отмечаю

оплатку*
что купила по просьбе мамы в костёле
я так и не съела
в горло она такая низкокалорийная с виду не полезла

и яйца не крашу на Велька́ноц**
для мамы мне было важно 
покрасить их луковой шелухой
а для себя не важно

для мамы было ценно
чтобы в это утро я зашла к ней со свянцонкой***
и сказала традиционное 
«Хрыстус з мартвых встал»

а она бы ответила 
с многолетней готовностью
«Правдзиво з мартвых по́встал»
и мы бы начали празднично завтракать

а так как в маминой комнате
мамы больше нет
то Исус из мёртвых встаёт
в каких-то других местах для других людей.

* пресная вафелька с Вифлеемской сценкой.
** Пасха по-польски.
*** освящённые в костёле яйцо с хлебом и солью.


ПОГРУЖЕНИЕ В ЗАБЫТОЕ ВОСПОМИНАНИЕ

Это кажется с любовью было связано 
но особенно мне нечего рассказывать
почти ничего не помню

вроде как стоим по щиколотку в песке
по колено в дикой траве
по пояс в воде

со стороны себя всё хуже видим
по шею в малиннике
с головой в тумане.


ОПАСНАЯ ИСТОРИЯ

Каждый мимо кто идёт
все любые люди
целый мир в себе несёт
на дрожащем блюде

я бреду в толпе как все
с собственным подносом
он невидимый совсем
но он есть у меня свой

на нём студень самодельный
от малейшего движенья
подползающий тихонько
к невысокой кромке

и у всех вокруг меня
куда ни гляну я
та же простая 
и опасная история.


НЕ РОДНЯ

Мои стихи мне не родня
не друзья не одноклассники
не соседи даже не земляки
прости господи

тем более 
не ухажёры 
и уж ежу ясно
не предметы страсти

не пассажиры сердца моего
не вагоновожатые 
множественных
трамвайчиков души моей

мои стихи крошечки-хаврошечки
в одно ухо влезают
из другого вылезают
прихорашиваются

мои стихи
того-этого
пришли-ушли
привет-пока. 


ОДНА УЧИТЕЛЬНИЦА

Давно не встречала одну школьную учительницу
одну из любимых самых остроумных учительниц
но и она туда же:

– Чем занимаешься?
– Как обычно стихи пишу. 
Остроумная учительница смеётся от души:

– Это понятно. Работаешь-то кем?
– Я же стихи сочиняю. Никем.
Мне некогда совсем.

Смеётся учительница. Думает, что шучу я.
– Я серьёзно. Что ты серьёзно делаешь?
– Ем. Сплю. По земле ногами хожу, как заводная игрушка.

Учительница расхохоталась на всю катушку
на прощание дала свой номер 
чтобы ещё посмеяться в другой какой-нибудь раз.


ВО ВСЕ ВРЕМЕНА

Для меня 
очень важна 
во все времена

чистая посуда
мытая голова
книга интересная

на прикроватном стулике
вот она может 
быть грязна.


ХОЛМЫ
 
Как мы
взбегали на холмы
и вниз
бежали с них

и снова вверх
кто эти мы
не вспомнить
ни мне ни тебе

но ласковый ветер
забыть нельзя
и шелковистый мох
на холмах

какое сладкое воспоминанье
с привкусом горьковато-дымным
до того давнее что непонятно 
откуда память раздобыла его.


ДВА ИДЕАЛА

Бабушка Мария и Будда Гаутама
два несокрушимых недостижимых идеала
разница у них лишь в том что я не знала
Будду а бабуля

мне жарила блины
из картофельной муки
ни к чему не принуждала
голос никогда не повышала

но и не нежничала
чай травяной заваривала
в литровой кружке
и когда я вставала

её уже не было
чай остывал
блины были сухие по краям
Ом мани падме хум!*.

*О жемчужина, сияющая в цветке лотоса! – буддийская мантра сострадания.